Слово о Тамаре Альбертовне Воробьевой – Вятские

Удивительное дело, ещё лет десять назад возникла идея написать заметку о Тамаре Альбертовне Воробьёвой  (25.09.1936 – 4.11.2019). Тогда я уже в письмах рассказывал друзьям о своих преподавателях. Потом некоторые из этих рассказов выросли в заметки. Видимо такая же мысль возникла и по поводу Тамары Альбертовны. Но вот только через десять лет пишу свои воспоминания.

К счастью, однажды, когда мы побывали у неё в гостях, она немного рассказала о себе, своей жизни до того, как появилась здесь  –  на Вятке. Родом Тамара Альбертовна из Ленинграда (сейчас – Санкт-Петербург). Мама у неё была из простой еврейской семьи. Отец – из эстонских крестьян.

Когда началась война, ей было четыре с небольшим года, и она с семьёй оказалась в блокадном Ленинграде. Отец умер в 1942 г. на заводе. Его тело привезли домой и Тамара Альбертовна запомнила как оно несколько дней лежало дома. Потом мама отдала дворнику карточки, за которые тот сделал гроб и отвёз тело на кладбище. Однако потом они не могли найти могилу. Погибла в Ленинграде и её сестра. Но сама Тамара Альбертовна с мамой выжили.

Историей она увлеклась ещё в школе, при том у родителей больше были математические способности. Однако её всё-таки привлекала именно история. Да и в семье у них так сложилось, что никто ни на кого не давил. Эта традиция сохранилась и позднее. Запомнилась ей учитель истории – Мария Ивановна, которая вела у них Древний мир в пятом классе. Эта женщина знала Клару Цеткин, Надежду Крупскую. Её уроки были интересными и сама она была очень интересным человеком.  Но вот через два года (на дворе был 1949 г., начиналось «Ленинградское дело») учитель куда-то пропала. Мария Ивановна жила недалеко от них, и однажды Тамара Альбертовна решила навестить её, и узнать, что случилось.

Мария Ивановна оказалась дома. Но открыв дверь, тут же сказала девочке:

– Тамара, быстро уходи отсюда! И запомни, ты здесь не была! Уходи!

Больше она её не видела. Конечно, тогда Тамара Альбертовна не поняла в чём дело и даже была огорчена. Уже позднее пришло осознание того, что случилось.

Запомнился ей и случай, бывший уже во время «дела врачей» (1953). Недалеко от их дома находилась гимназия, во дворе которой школьники избивали своих же товарищей-евреев. Однажды Тамара Альбертовна проходила там с подругой. Внезапно на подругу Тамары Альбертовны налетел какой-то школьник с кулаками. Тамара Альбертовна  остановила его, утихомирила, и затем начала проводить «воспитательную работу», объясняя ему, что он не прав.

В 1954 г. она поступает на исторический факультет Ленинградского государственного университета.  Правда сначала были идеи поступить на океанографию, т.к. её очень интересовал и мир океана. Но там ей объяснили, что принимают только мальчиков.

Что интересно, учителя по математике и физике считали, что она должна были избрать именно их предметы, и даже обиделись, что она поступила на исторический факультет. Хотя Тамара Альбертовна и очень любила историю, но, видимо, ей интересны были и другие предметы. Не ожидала такого решения своей ученицы и учитель истории, которая также удивилась. В общем, все кроме самой Тамары Альбертовны были удивлены.  Но ведь к истории её тянуло. Видимо, тут сыграл свою роль и образ Марии Ивановны, и в целом её интерес к истории. Она много читала. Так в школе ею была прочитана, например, знаменитая «История дипломатии» под редакцией В.П. Потёмкина.

Поступив на исторический факультет, Тамара Альбертовна живо интересуется Францией, читает много по истории этой страны. Но всё больше её привлекал и таинственный, загадочный Восток. С преподаванием истории Востока она потом и связала свою судьбу.

Уже позднее вспоминая то время, Тамара Альбертовна удивлялась фильмам вроде «Стиляги», в которых по её мнению (и не только) искажалось то время. Ведь как раз в описываемые годы она была студенткой. Правда и в целом отмечала, что власть была сама по себе, а простые люди жили своей жизнью. Много они читали. И в наше время её также удивляли разговоры о запрещённых книгах. Нет, многое тогда (в 1950-1960-х гг.) удавалось читать. В целом, как позднее писала Тамара Альбертовна, «моё поколение всё время надеялось на лучшее,  ждало, верило в светлое будущее, несмотря на не очень светлое настоящее».

И вот истфак закончен. Куда идти? Приходилось слышать мнение, что на решение Тамары Альбертовны пойти в сельскую школу, повлияли услышанные ею речи Н.С. Хрущёва. Но, безусловно, здесь и просто было желание давать знания по истории, которую Тамара Альбертовна очень любила. Именно эта любовь к истории, и любовь делиться знаниями являлись одной из тех черт, что характеризовали Тамару Альбертовну.

В 1959 г. она оказалась в Кировской области. Преподавала два года в одной из сельских школ – в Лебяжском районе. Это посёлок Окунево, в 15 километрах от райцентра Лебяжье – на юге Кировской области. Два года она проработала в Окунево. По рассказам Тамары Альбертовны, ей было сложно. Но помогали сельские жители. Относились тепло. Однажды посоветовали купить на зиму барана иначе ей есть будет нечего, так как в магазинах было почти пусто.

Был случай, когда её послали в одну из деревень разъяснять очередное постановление Хрущёва. Сельские жители ей и говорят:

– Мы это всё сами прочтём и разберём. Ты лучше нам про Ленинград расскажи.

Так они и просидели и долго проговорили.

С деревней связана у Тамары Альбертовны и ещё одна история. Из Горького (сейчас – Нижний Новгород) в деревню приехала ещё одна учительница. Она сама была из деревни, потом училась в Горьком. Но ей было почему-то тяжело оказаться в деревне, столько было неприятия деревенского быта. Тамара Альбертовна поэтому удивлялась: у неё, городской жительницы нет такого отношения, а у этой девушки такое отторжение мира из которого она вышла. Учительница не доработала и уехала в Горький.

Отработав два года в сельской школе, Тамара Альбертовна в 1961–1963 гг. уже преподаёт в кировской средней школе № 24.

На Вятке ей многое было удивительно. Например, вызвало удивление, что одним из главных блюд здесь в то время считались пельмени. В Ленинграде отношение к пельменям было другим (примерно как у нас сейчас к лапше быстрого приготовления).

В начале 1960-х гг. Тамара Альбертовна вышла замуж за молодого человека из Кирова. В браке у неё родилась дочь. Затем две внучки. И где-то в середине десятых годов – первая правнучка. Помню, как-то звонил поздравлять её с Днём рождения и высказал пожелание поскорее увидеть правнуков, на что Тамара Альбертовна весело сказала, что правнучка сейчас сидит с ней у телефона. Так получилось что у неё в семье ни у кого нет интереса к истории. У мужа было техническое образование. И у внучек тяга к другим дисциплинам. Но у них в семье существовала традиция – никто никогда на кого не давил. Каждый шёл своим путём.

Отработав ещё год научным сотрудником Кировского областного музея (1963–1964 гг.) Тамара Альбертовна приходит в Кировский педагогический институт (с 1995 г. ВГПУ, а с 2002 – ВГГУ) на кафедру всеобщей истории, где она фактически и проработала до момента его объединения с ВятГУ в 2016 г., и затем ещё три года уже в объединённом вузе. На кафедре всеобщей истории она работает сначала ассистентом, затем – старшим преподавателем, доцентом и профессором. Десять лет она возглавляла кафедру всеобщей истории КГПИ (1984–1994 гг.).

В советское время она читала историю Востока. Её кандидатская диссертация, которую она защитила в 1971 г.,  была посвящена Африке, точнее Конго[1]{C}. А затем она уделяла внимание другим аспектам истории Востока. Например, Китаю. Публиковалась в таком академическом журнале, как «Народы Азии и Африки». Активно поддерживала контакты с учёными Москвы, Ленинграда и других городов.

Тамара Альбертовна рассказывала, что они в советское время обсуждали книги и статьи. Отмечала, что и могли выступать на собраниях факультета, высказывая своё мнение. Не боялись, по крайней мере, высказывать и отстаивать свою позицию.  Часто она на лекциях вспоминала период перестройки.

Безусловно мы сейчас понимаем, что время было трагичным.  Категорически не согласен с одним историком, т.н. «патриотической ориентации», приезжавшим к нам в Вятку 5-6 ноября 2019 г.  (как специально накануне Великой Октябрьской Революции) и заявившим, что возрождение России началось с перестройки.

Нет, перестройка – драматичное время. Но,  вместе с тем, и интересное, если вспомнить, например, открытие новых т.н. «белых пятен», переосмысление исторических событий. Также и в вузах. Тамара Альбертовна говорила о том, с каким интересом тогда студенты и преподаватели обсуждали сложные вопросы истории, дискутировали. В целом, тот период Тамара Альбертовна, если судить по её некоторым высказываниям, восприняла, как и многие с надеждой на перемены. Здесь вспомню и своих чепецких учителей истории, занимавших разные политические позиции: своих чепецких учителей – Анатолия Акимовича Букова и Галину Александровну Ямшанову, и научного руководителя в вузе – Владимира Ивановича Бакулина. Безусловно, по мере развития перестройки (или усиления кризиса советского государства) у части общества начало меняться отношение.

Являясь сторонницей изменений в жизни, отмечая положительные моменты в период перестройки, Тамара Альбертовна не одобряла развал СССР. И в целом, судя по общению с ней, у Тамары Альбертовны сохранилось неодобрительное отношение к политике Горбачёва и Ельцина.

С грустью она наблюдала в последние годы и происходящее в стране. В 2016 г., она написала: «оказывается утрачиваем что-то хорошее, что сохранила память, а на смену приходит равнодушие, конкуренция, погоня за успехом». Не нравилось ей и огульное переписывание истории, хотя она и никогда не была убеждённой коммунисткой. Тамара Альбертовна не терпела крайностей, одностороннего взгляда.

В 2017 г. я побывал очередной раз на Панаринских чтениях в МГУ{C}[2]{C}. Понятно, что чтения были посвящены столетию Великой Октябрьской революции. На чтения по традиции приехало и несколько французских учёных консервативной ориентации. Они в своих докладах проводили параллели между революциями во Франции (1789 г.) и в России (1917 г.). Соответственно взглядам выступавших, и Великая Французская революция была подвергнута критике в докладах. Я потом выслал заметку о чтениях Тамаре Альбертовне. Позднее, когда я разговаривал с Тамарой Альбертовной, она сказала мне, что это – только одна точка зрения, и нельзя игнорировать иной подход.

Очень настороженное отношение у неё, как и у многих, кого знаю, было и к идее переименования у нас на Вятке улиц и самого города. По её мнению здесь много политики  (с чем абсолютно согласен). Мы итак Киров называем Вяткой, говорила она. Кроме того, порой у сторонников данной идеи были очень странные аргументы. Однажды к ним на истфак пришло несколько активистов переименования, в т.ч. и один из её бывших студентов. Среди тезисов  выступавших был и такой: только мы переименуем Киров в Вятку, как город преобразится. Такой аргумент Тамаре Альбертовне не понравился, и она вполне резонно возразила, что когда Ленинграду вернули его старое имя – Санкт-Петербург, город стал хуже.

Труд Тамары Альбертовны был по достоинству оценён окружающими, как в советскую эпоху, так и в наше время. Здесь можно сказать, что она была награждена Почётной грамотой Министерства образования РСФСР, Почётной грамотой Кировской городской Думы и т.д. Ей также было присвоено звание «Заслуженный работник Вятского государственного гуманитарного университета»{C}[3]{C}.

По прежнему она много работала. В сферу её научных интересов входила не только история и культура Востока, но и международные отношения, и геополитика.  Публиковалась она и в журнале «Вопросы истории»{C}[4]{C}, и в иных изданиях. За годы работы в вузе у неё вышло много публикаций (пособия и статьи) по разным проблемам международных отношений и по истории Востока{C}[5]{C}.

Много она размышляла о происходящем. О некоторых её размышлениях в последние годы может свидетельствовать одно из её писем за октябрь 2016 г.: «Проблема России, как в 1917 г., когда погибла империя, так и в 1991 г. – антинациональная роль интеллектуальной элиты. Наша интеллигенция, на мой взгляд, никогда не понимала народ. Одна часть – боготворила Запад. Вспомните, аристократы в царской России и русского языка толком не знали. Другая – воспевала патриархальность, послушность русского мужика, черты, не самые лучшие для народа. Народ – вспомните поговорку – пока гром не грянет, русский мужик не перекреститься. В 1917 г. гром грянул – мужик перекрестился и к власти пришли большевики. Да, многие из них были искренними людьми, мечтали о справедливом обществе.  Главное, что было у советских людей до эпохи Брежнева – энтузиазм. Поэтому и превратили Россию в великую державу, выиграли страшную войну. Но о том, чтобы удовлетворить обычное желание человека жить комфортно, не унижаться очередями, дефицитом, спецраспределением и т.д. об этом коммунистические власти не думали. Да, подачки давали.

Перестройка дала надежды. Но получилось не то, на что так надеялись. К власти пришли те же коммунистические чиновники среднего звена (что Гайдар не был коммунистом, или Чубайс, или Юрий Афанасьев и Собчак?). Но при Ельцине они стали делать погоду.  Поэтому нет ничего плохого не было в том, что у народа появилась надежда, что и у нас будет больше свободы и больше комфорта. Но народ обманули те, кто пришёл к власти. Интеллигенция была прозападная, а “новые славянофилы” усилили противостояние в обществе. ГКЧП ничего бы не изменило. Это были не те люди. Порядок они бы не навели. Они представляли тех, к которым у народа не было доверия. Нынешняя ностальгия по тем временам – это своеобразный протест против того, к чему пришли, а не желание вернуть прошлое. Да большинство голосовало за сохранение СССР, но какого?  В этом тоже вопрос».

С годами уходили и близкие люди. Примерно в 2005 г. Тамара Альбертовна похоронила маму. Затем – мужа и дочь. Видимо не случайно она как-то сказала: «В старости самое страшное, это когда уходят близкие люди». Сильно она переживала и по поводу смерти Людмилы Алексеевны Костиной – заведующего библиотекой ВятГГУ (2016 год).

Правда всё-таки присущего ей оптимизма и бодрости она не теряла. Учебный 2018-2019 год был для неё последним в плане преподавания. С сентября 2019 г. она была зачислена в штат вуза научным сотрудником, начала работать над статьями. Почему-то у меня и некоторых из моих знакомых сохранялось впечатление, что она могла ещё долгое время жить, работать, делиться своими знаниями.

Рад, что мне удалось общаться с этим замечательным человеком. Ещё до третьего курса, когда нам поставили историю Востока, мы были наслышаны о Тамаре Альбертовне. Помню как на педагогике кто-то из преподавателей сказал, что Тамара Альбертовна нам будет рассказывать много интересного. Да и в целом старшекурсники ведь нам рассказывали о преподавателях, что вели у них предметы. В то время часто проходили какие-то конференции, семинары. Помню, что там была и Тамара Альбертовна, задававшая вопросы.

Увлекаясь античностью аж с детства, я, соответственно, на первом курсе, часто подходил к преподавателю Древнего мира В.А. Коршункову с разными вопросами. В том числе, заходил и на кафедру. Видимо Тамара Альбертовна это заметила. Как-то в июне я ждал в коридоре нашего преподавателя античности, который был на заседании кафедры. Тамара Альбертовна как раз вышла в коридор. Увидев меня, она спросила: «Вы, наверное, ждёте Владимира Анатольевича?» Получив утвердительный ответ, она зашла на кафедру и вскоре выглянул В.А.  Коршунков с которым мы и поговорили.

И вот, третий курс. Осень 1994 года. В первом семестре, это и глубокие лекции по истории Запада Нового Времени, которые вела Ирина Павловна Субботина. И замечательные лекции по истории России Анатолия Петровича Бородина. Правда во втором семестре, нам уже начал читать лекции по истории Советской России Владимир Владимирович Куликов, также заваливавший нас массой интересных фактов. Вели занятия и другие прекрасные преподаватели. Действительно, нам повезло в то время. У нас много было замечательных преподавателей.

Тогда же нам начала читать лекции и Тамара Альбертовна. С первых лекций были заметны её доброжелательность и уважение к студентам, интерес как к фактической стороне истории, так и к теориям. Например, к цивилизационному подходу, к теории модернизации. Её оценки всегда были взвешены, без каких-либо крайностей. Она словно размышляла с нами. Читала Тамара Альбертовна без бумажки. Позднее она говорила, что запоминала материал.

Спокойным, рассудительным и слегка тихим голосом она погружала нас в мир Востока, знакомила с различными трактовками тех или иных процессов. Проводила параллели с современностью. В её лекциях не было политизированности. Вместе с тем, восхищаясь Востоком, она порой словно говорила нам: почему же мы (т.е. руководство России, правящая элита) смотрим только на Запад. Необходимо ведь учитывать и восточный опыт.

Тамара Альбертовна постоянно нам рекомендовала разнообразную литературу по истории Востока, и по всемирной истории в целом. Это были и теоретические работы, и исторические исследования. Постоянно проводила с нами собеседования по литературе.  Даже порой спорила, полемизировала, когда считала, что у нас немного односторонний взгляд на те или иные исторические события. Помню, когда я подходил к ней и спрашивал по каким-то вопросам истории Востока, она даже предлагала книги или журналы из своей библиотеки.

  Восток Тамара Альбертовна вела и на последующих курсах. Это было и продолжение курса по истории Востока, и спецкурс по культуре Востока. Где-то курсе на четвёртом она сообщила нам, что её назначили куратором нашего курса. Тамара Альбертовна сказала, что плохо себе представляет что это такое, но мы к ней, по её словам, можем всегда обращаться со своими  проблемами. Кроме того, она всегда по прежнему снабжала нас литературой, отвечала на наши вопросы. Обращался я к ней за консультацией по своей – на старших курсах я писал сначала курсовую, а потом и диплом по отечественной истории, посвящённые Коминтерну и идее мировой революции.

Вот и пятый курс. Я думал о поступлении в аспирантуру. Даже подходил по этому поводу к заведующему кафедрой Отечественно истории – Владимиру Ивановичу Бакулину. Он как раз брал аспирантов. Одновременно шла подготовка и к защите диплома. Незадолго до защиты я встретил Тамару Альбертовну в коридоре университета. Она спросила меня про диплом, зная, что я пишу по Коминтерну (а одна из глав была посвящена Китаю) и попросила меня показать ей мою работу. Почитав её, она дала ряд полезных рекомендаций, как выстроить своё выступление на защите диплома. Как потом выяснилось, это моё выступление сыграло положительную роль. После моего выступления Владимир Иванович Бакулин принял окончательное решение взять меня в аспирантуру.

Участь в аспирантуре, я уже редко видел Тамару Альбертовну. Однако она всегда спрашивала о моих делах. Вообще она любила студентов. Интересовалась их делами. У неё не было формального подхода к людям.

Позднее, когда я начал работать преподавателем, сначала в чепецком филиале ВятГГУ, а потом и в вузах Вятки, общение возобновилось. Часто звонил Тамаре Альбертовне и консультировался с ней. Мне как раз в Чепецке в 2002 г. дали вести геополитику, которую вела в ВятГГУ Тамара Альбертовна. И здесь она очень помогла мне в разработке данного курса. Обсуждали с ней и текущие события, и различные проблемные вопросы истории. Тамара Альбертовна по-прежнему любила обсуждать книги и журнальные публикации, что-то рекомендовала почитать.

Много мы с ней обсуждали творчество такого замечательного российского политического мыслителя, как Александр Сергеевич Панарин. Тамара Альбертовна даже подарила мне его книгу «Политология. О мире политике на Востоке и на Западе», зная, что я интересуюсь этим мыслителем. Говорили и  о религии. Тамара Альбертовна с уважением относилась к православию. Вместе с тем в ней была заметна любовь к восточным культурам, религиям.

По прежнему она давала литературу из своей библиотеки. Особенно журналы. Такие, как «Политический класс», «Россия в глобальной политике», «Свободна мысль». Фактически под её влиянием я начал выписывать несколько политологических журналов. Благо, что и вёл в то время большие курсы по политологии, геополитике. Эти предметы захватывали всё больше. Тем более, что активно в 2000-х гг. формировался интерес к А.С. Панарину, его творчеству. Когда в 2008 г. я начал работу над пособием по истории мировых цивилизаций, Тамара Альбертовна была его рецензентом, дав ряд полезных замечаний.

Несколько раз в нулевых годах я побывал и в гостях у Тамары Альбертовны. Говорить нечего, что поразила её богатая библиотека. При том книги были по самым разнообразным темам. Не только по истории Востока. Тут и классическая литература, и история в целом. Тамара Альбертовна действительно была очень разносторонним человеком. В 2014 г. побывал у неё в гостях вместе со своей женой. Просидели, наверное, часа четыре, если не больше. Состоялся очень интересный разговор и об истории России и о Востоке. Много говорили о жизни. Тамара Альбертовна немного рассказала о себе.

К сожалению, очень поздно у нас началась с ней переписка по электронной почте. С 2015 года. Правда, будучи очень занятой, Тамара Альбертовна не всегда могла отвечать на послания. Но всегда нашу семью поздравляла с крупными праздниками, в том числе и с Рождеством и Пасхой, зная, что я верующий человек. При том и в письмах она, подобно обычной беседе, могла поддержать любую тему: и об истории России, и о Востоке, и об Омаре Хайяме и о Фридрихе Ницше. Когда я начал читать в Герценке лекции по истории мировых цивилизаций, Тамара Альбертовна очень помогла с Индией, дав рекомендации обратить внимание в индийской цивилизации на роль религий.

В последние годы продолжали общаться и по телефону. Правда, где-то уже и не так часто. Но Тамара Альбертовна всегда охотно беседовала – и о своей работе, чем она занималась, интересовалась нашими с женой научными делами и работой.

Последний раз я позвонил Тамаре Альбертовне в пятницу – 1 ноября. Тамара Альбертовна увлечённо работала над статьёй, о которой немного и рассказала. Обсудили с ней несколько вопросов, связанных с наукой и попрощались. Помню, что голос её звучал бодро и весело.

Как такое порой у меня бывает, решил после разговора написать послание по ряду вопросов, затронутых в беседе. В обдумывании письма прошли выходные, и понедельник. А во вторник – 5 ноября узнал, что Тамары Альбертовны не стало. Даже не поверил в первый момент. Хотя в жизни уже бывали подобные ситуации. Правда не только связанные со смертью другого человека, но с чем-то подобным.

Уверен, что для многих Тамара Альбертовна останется навсегда мудрой и доброй, скромной и жизнерадостной. Настоящим преподавателем и человеком.

PS. Фотография взята из сети ВКонтакте.



Если вам понравилась данная статья,
поделитесь ей, пожалуйста, с друзьями!

Перейти к верхней панели