Летом 2018 г. закончил преподавание профессор, доктор исторических наук Владимир Иванович Бакулин. В 2005 г. в рамках «Вестника ВятГГУ» уже писал о нём, и сейчас на основе тех заметок и других воспоминаний, напишу небольшой рассказ. Сделать это надо было раньше, но лучше поздно, нежели никогда. А Владимир Иванович Бакулин – тот человек, о котором необходимо написать.
Родился он в победном 1945 году (15 марта) в далёком Казахстане (тогда – Казахской ССР). Отец Владимира Ивановича был представителем старой партийной гвардии, жившей под лозунгом: «Полечу куда пошлет страна». Это были своеобразные подвижники, которых  государство посылало на различные участки, и они всюду следовали безропотно, ответственно выполняли поручения. Подобные образы можно было найти в романе Островского «Как закалялась сталь», фильме «Офицеры».
Владимир Иванович в молодости  много читал научно-популярной литературы. Особенно его интересовали математика и физика. Поэтому не случайно, В.И. Бакулин сначала оканчивает Орский индустриальный техникум (в 1961 г.) на Южном Урале в Оренбургской области. Два года он работает на Чукотке буровым мастером (1963-1965 гг.).
Важной для Владимира Ивановича оказалась (как и для многих молодых людей его времени) служба в Советской армии. Проходя службу на Камчатке в 1965 – 1967 гг., в качестве авиамеханика, он командовал отделением. Среди сослуживцев оказался человек, любивший историю, с интересом рассказывавший о различных исторических событиях и личностях. Благодаря этим рассказам, Владимир Иванович и сам начинает увлекаться историей.
Но вот армия закончилась. Владимир Иванович вновь на Урале, где работает плавильщиком и электрослесарем (на машиностроительном заводе и заводе цветных металлов). Затем школа (учитель физкультуры). Тем временем интерес к истории усиливался. Тогда в 1970 г. В.И. Бакулин поступает на исторический факультет Уральского государственного университета (заочное отделение), который заканчивает в 1975 г. В течении двух лет он – ассистент кафедры марксизма-ленинизма Орского пединститута. Как тогда было принято, В.И. Бакулин читал лекции по международному положению в различных трудовых коллективах.
На три года Владимир Иванович поступает в аспирантуру МГУ (1979-1982 гг.), по окончании которой в 1982 г. защищает кандидатскую диссертацию по теме: «Борьба Коммунистической партии за рационализацию промышленного производства в начальный период социалистической индустриализации. 1926-1929 гг.».
Далее – преподавательская деятельность в различных вузах страны. В 1980-е гг. – на юге страны (Кавказ и Украина). С 1989 г. он возвращается на Урал. До 1995 г. Владимир Иванович читает лекции в Березниковском филиале Пермского Политехнического института, а затем в Соликамском пединституте. Преподавая в вузах, Владимир Иванович интересовался и научной деятельностью, итогом чего явилась защита в 1992 г. докторской диссертации по теме «Научная организация труда в социально-экономической  политике Советского государства» (1917-1929 гг.). А в 1995 г. он становится профессором. На протяжении 1980–1990-х гг. В.И. Бакулину приходилось вести различные предметы, что способствовало расширению кругозора, углублению полученных ранее знаний.
На Вятке Владимир Иванович появился в 1995 г., приехав сюда из Соликамска. Здесь он в 1996–2001 гг. возглавляет кафедру Отечественной истории  Вятского государственного педагогического университета. А позднее преподаёт на этой кафедре вплоть до своего ухода в 2018 г.
Первое, что я о нём узнал, что он убеждённый коммунист. Свои убеждения В.И. Бакулин сохраняет до сих пор. Правда, в застойное время он считал, что в стране хватает непорядка. Невысокого мнения он был и о тогдашних идеологах марксизма, считая, что они примитивизируют это учение. Перестройку он, подобно моему учителю истории – Галине Александровне, сначала воспринял положительно, считая, что надо менять некоторые вещи. Но затем, как и Галина Александровна, как и многие другие убеждённые сторонники советского строя, насторожился, видя что речь идёт о перевороте.
Нужно сказать, что в бытность мою студентом я много хорошего слышал о Владимире Ивановиче. Уже в первые годы работы В.И.Бакулина на кафедре отечественной истории коллеги отмечали, что его занятия характеризуются научной глубиной и высоким методическим уровнем. Сам я не учился у него, но по отзывам товарищей лекции Владимира Ивановича логичные, аргументированные, обстоятельные. Видно было, что он их постоянно совершенствует, не останавливается на достигнутом.
В материалах для лекций В.И. Бакулин всегда опирался на статьи, монографии, публицистику, мемуары и т.д. Видно было его серьёзное отношение к своему делу и ответственность, обязательность, требовательность, стремление побудить студента к самостоятельной работе. Лекции В.И. Бакулина – прекрасный материал для подготовки к экзаменам.
Прибыв в Вятку, Владимир Иванович сразу принял участие в научной работе кафедры, обсуждая новинки в научной литературе, актуальные проблемы истории. Была заметна его увлечённость историей. Хотя В.И. Бакулин и азартный спорщик, но он уважал чужое мнение и призывал к полемике, однако требуя, чтобы этот спор всегда шёл с позиции науки, фактов, а не зиждился на лжи и подтасовках. У оппонентов он мог увидеть рациональное зерно, отдать должное их заслугам.
Одновременно Владимир Иванович Бакулин в 1990-2000-х гг. активно подключился к работе с учителями и школьниками. При том не только в Кирове, но и в районах, например, в городе Слободском. Учащимся 10-11 классов он читал спецкурс по актуальным проблемам отечественной истории ХХ в. В отдельных случаях не отказывался от чтения лекций не только школьникам, но и интересующимся историей России ХХ в.
Сам Владимир Иванович считал, что настоящее удовлетворение от преподавания он получил, читая лекции на историческом факультете ВятГПУ (ВятГГУ). Здесь он смог полностью заняться любимым предметом. Тем более, что работать приходилось с будущими историками, а это – дополнительный стимул для собственного роста.  Владимир Иванович, как-то сказал студентам, что хотел бы работать в той атмосфере, какая царила в аудиториях 1920-х гг., с людьми жаждущими знаний. Ему нравятся любознательные люди.
По его мнению, более глубокому пониманию исторического процесса способствует жизненный опыт, помогающий и ему в исследовательской работе, особенно в тематике экономического характера. Работа на прииске, шахте, заводе позволяет лучше постичь, о чём идёт речь. Так же он говорит и по советскому прошлому: он жил в то время и считает, что знает, о чём пишет и говорит.
В круг научных интересов Владимира Ивановича входят проблемы социально-экономического и политического развития российского (советского) общества в первой трети ХХ в. В 2000-х гг. его  также заинтересовали вопросы социальной психологии в истории. На основании этого он читал несколько спецкурсов. Помимо этого, В.И. Бакулин занялся тематикой репрессий 1930-х гг. (в том числе и на местном материале).
Он умел работать с аспирантами, имеющими различные общественно-политические взгляды, позиции. Яркий пример: настоятель церкви Иоанна Предтечи (в 2001–2011 гг.), секретарь епархии (в тот же период)  – отец Александр Балыбердин. Спокойно он относился и к моим религиозным взглядам.  Для Владимира Ивановича важным является не это, а качество научной работы.
Правда, он долгое время был убеждён, что верующий человек не может быть учёным. У нас с ним состоялся разговор на эту тему в июле 1998 г., когда я закончил первый год обучения. Он сказал, что по его мнению я верующий человек, и предупредил, что не потерпит изложения мною «религиозной точки зрения». Я ему тогда объяснил, что разговариваю только с позиции фактов – это главное для любого ученого, в том числе и верующего.
К церкви у Владимира Ивановича было и остаётся сложное отношение. По своим взглядам он – атеист. Но в то же время В.И. Бакулин признаёт позитивную роль церкви в истории (особенно в первые века христианства).  Здесь можно привести один случай.
Летом 1998 г. у нас умер преподаватель политологии, бывший заведующий кафедрой социально-политических наук Валерий Николаевич Лобанов. Я учился в своё время у него. Он был коммунистом, но никогда свое мнение не навязывал. Студенты его любили. Хотя таких теплых отношений как с некоторыми другими преподавателями, у нашего курса с ним не было. Когда мы не готовились к семинарам, В.Н. Лобанов добрыми глазами и  дружественной улыбкой спокойно буквально вытягивал из нас знания. Умер он относительно молодым – в 44 года – что-то случилось с сердцем. Хотя он и был коммунист, но кто-то из родственников решил его отпеть. Повезли в церковь. Во время заупокойной службы основная часть преподавателей стояла на улице. А Бакулин всю панихиду простоял в храме за моей спиной. После заупокойной он даже расплакался.
Теперь о том, как я попал к В.И.Бакулину в аспирантуру. В 1997 г., когда решался мой вопрос о дальнейшей научной работе, мне была близка античность. Но ещё с середины 1996 г. я оказался в кризисе и в отношении её. Один из преподавателей мне долго объяснял, что в России ей сейчас бесперспективно заниматься, при нынешних условиях. Да и вообще бесполезно – почти все уже открыто. Наш преподаватель античности активно отговаривал меня поступать в московскую или питерскую аспирантуру, объясняя, что мне это будет сложно сделать.
В Кирове тогда было три доктора исторических наук, которые брали аспирантов. В ВятГГУ это были профессора В.И. Бакулин и В.А. Бердинских. А в политехе (позднее – ВятГУ) Г.Г. Загвоздкин. Так как я в то время писал дипломную по 1920-м гг. (по Коминтерну), да и этот период мне был немного интересен, я подошел к В.И. Бакулину. Было немного страшновато. Всё-таки я его не знал тогда (мы у него не учились).
Правда, мы с ним к тому времени несколько раз пересекались. Один раз на студенческой конференции – я тогда делал доклад по Коминтерну, а он был явно недоволен моим выступлением и задавал вопросы. Затем, в марте 1997 г. когда я собирал подписи на младших курсах против закона о раннем сексуальном воспитании, В.И. Бакулин, узнав, что я делаю, поставил так же свою подпись (кстати, перед этим я обращался к одному преподавателю, которого давно и хорошо знал, но он заявил: «Я в патриотические игры не играю»). То есть отдельные контакты у меня с Бакулиным уже были, и я обратиться к нему.
Когда я подошёл к В.И. Бакулину, он сказал, что занимается проблемами экономики (тогда только ей), а мне интересна внешняя политика. На эту тему в Кирове неудобно писать (удалённость от основных источников – московских архивов и многие сейчас пишут о внешней политике). Также он пока не решил, будет ли брать аспирантов вообще в этом году. Не помню, тогда ли он мне сказал или позднее, что я, по его мнению, напичкан «демократической пропагандой» (этот вывод он сделал из моего выступления на конференции). То есть я ему фактически не подходил по всем параметрам. Но в то же время он сказал, что подумает, брать меня или нет в аспирантуру. Мне же, в свою очередь нужно было подумать над темой диссертации.
После моего первого причастия и Пасхи он дал утвердительный ответ. В.И. Бакулин решил попробовать, что выйдет. Стали думать над темой. Тут пригодилась и моя работа над дипломом. Особенно предложенная руководителем моего дипломного проекта Владимиром Владимировичем Куликовым, идея опубликовать обзор местной прессы о революционных событиях в мире.
Помогли и советы Володи Бадьина. Мы решили совместить мои интересы к внешней политике и к проблемам менталитета (которыми я тогда начинал увлекаться). Учтены были и научные интересы Бакулина (1920-е гг.). Правда шлифовка темы шла долго, не один месяц, и даже год (тогда я по настоящему прочувствовал значение каждого слова). В результате на защиту я вышел со следующей темой: «Внешняя политика советского правительства в восприятии руководством и населением Вятской губернии. 1917 –1925 гг».
Правда, произошёл случай, который мог бы поставить крест на аспирантуре. Дипломную я писал по теме «Коминтерн и идея мировой революции». Там я разбирал истоки коммунистической идеологии. С согласия В.В. Куликова, я привёл мнение Н.А. Бердяева о том, что марксизм имеет истоки в иудаизме (я тогда немного разделял этот взгляд; но отнюдь не в духе «жидо-массонского заговора» а в плане мессианской идеи освобождения человечества и т.п.). Безусловно, тезис очень дискуссионный. Но здесь ещё сыграла свою роль моя юношеская увлечённость (где-то с 1991 г.) философией Н.А. Берддяева, которого я тогда ошибочно рассматривал как христианского мыслителя.
На госэкзамены я попал в третью группу – т.е. сдавал в числе последних. Это меня сначала разозлило: экзамены я любил сдавать в числе первых – сдал и гора с плеч, а тут…
Но это оказалось к лучшему в той ситуации. За несколько дней до защиты диплома, я встретил в коридоре вуза Тамару Альбертовну – преподавателя истории Востока. Она попросила у меня показать ей мою дипломную (даже не знаю, почему). Посмотрев её, дала ряд советов по построению защиты. В частности она порекомендовала, чтобы я на защите не говорил о теории происхождения марксизма Н.А. Бердяева.  Да и сама Тамара Альбертовна была не согласна с этим положением по ряду причин. Позднее и другой наш преподаватель – С.А.Гомаюнов (сейчас священник отец Сергий Гомаюнов), узнав или от Тамары Альбертовны или от Володи Бадьина о моей дипломной, так же посоветовал мне убрать момент с теорией: «На защиту выносятся принципиальные положения. Тем боле, что Бердяев – поверхностный философ. Эта его теория не совсем верная».
Я их послушал и из текста выступления убрал этот момент. Но беспокоился о том, что будет на защите. Тем более, накануне В.И. Бакулин буквально подверг критике одну из дипломниц.
На защите (это был мой последний студенческий экзамен – 20.06.97) я выступал после Володи Бадьина. Бакулин, немного послушав его выступление, взял со стола мою дипломную работу. Я фактически не слушал Володю, а с напряжением следил за Бакулиным. Он пролистывал текст. Сначала, видимо, первые главы, а затем окончание. И вдруг внимательно стал что-то читать. Его лицо стало мрачным, он недовольно покачал головой. «Нашёл» – подумал я, и с нетерпением ждал, когда же Володя закончит свою речь. Одновременно начал думать, что я могу ответить на возможную критику В.И. Бакулина и стал молиться. И вот я начал выступление. Бакулин внимательно меня слушал. Во время выступления я убрал теорию Бердяева.
После моего выступления слово взяла одна из наших преподавателей – Татьяна Владимировна, похвалившая доклад. Затем выступил Бакулин. На мое удивление говорил он вполне миролюбиво (где же вчерашний погром дипломниц?). Сперва, как и полагается, указал на достоинства работы, затем мягко покритиковал за недостатки. По поводу «иудейской» теории сказал, что она неверна, и посоветовал мне повнимательнее знакомится с различными мнениями. Но в целом согласился с мнением Татьяны Владимировны, что работа заслуживает оценки «пять».
По окончании защиты, в коридоре, Бакулин поздравил меня с защитой, сказал, что ему импонирует моя попытка широко понимать марксизм. Но сказал, что от моей «теории» мне придется отказаться, если я собираюсь работать у него.
Так началась моя работа у Бакулина. Точнее, я сначала сдал вступительные экзамены в аспирантуру (в сентябре 1997 г.). Работать у Владимира Ивановича мне нравилось. Есть преподаватели, которые фактически с аспирантами не занимаются. Профессор почти сам по себе, аспирант сам по себе. Так, изредка отчитывается для галочки.
В.И.Бакулин подходил без формализма к занятиям с аспирантами, вникая в суть разбираемой молодым исследователем проблемы, требуя от него серьёзной работы, как над формой, так и над содержанием текста, а не отписки. Я раз в неделю звонил ему и отчитывался о проделанной работе (разве что летом он уезжал в отпуск на Урал, и я оставался наедине со своими записями). Ему крайне не нравилось когда аспиранты без уважительной причины исчезали на несколько месяцев. В.И. Бакулин подчёркивал всегда, что если человек хочет работать, то пусть работает, а так он никого не держит.
После защиты диссертации в 2001 г. я оказался в Чепецке на два года. В.И. Бакулин в это время продолжал читать лекции и в Кирове, и у нас в Чепецке. Для работы с аспирантами он создал методологический семинар, на который приглашались не только аспиранты и студенты моего научного руководителя, но и все желающие. На этих занятиях обсуждались вышедшие книги по истории, готовящиеся к защите диссертации аспирантов, делались обзоры исторической периодики. Даже находясь в Чепецке я ездил на эти семинары.
И уже потом, перебравшись в Киров, продолжал их посещать. Но, к сожалению в конце нулевых–начале 2010-х гг. работа этого  семинар прекратилась по ряду причин. Сейчас чувствую, что не хватает этого общения с коллегами-историками, обсуждения книг. Но и вуз стал другим, и многое изменилось. Не отказывал В.И. Бакулин в помощи и другим аспирантам, обращавшимся к нему. При том даже зная, что они – верующие люди.
Живя в Чепецке, я не прекращал общения со своим научным руководителем. Не только приезжал на методологические семинары, но и  всегда мог позвонить ему домой, спросить совета. Привозил «на рецензию» методические материалы (вопросы и билеты к экзамену по истории отечества, программу курса и планы семинарских занятий). Пользовался его личной библиотекой. Продолжилось общение и после моего переезда в Вятку.
А В.И. Бакулин продолжал публиковать статьи (в т.ч. и в центральной прессе), а также книги. Интерес к истории России в ХХ в, и Вятке в этот период, вылился в ряде книг, посвящённых местной тематике. Так, в 2006 г. в Кирове в свет выходит сборник статей учёного «Листая истории страницы: Вятский край и вся Россия в ХХ веке». Через два года публикуется его книга «Драма в двух актах: Вятская губерния в 1917-1918 гг.» (Киров, 2008 г.), в которой учёный на основе богатого фактического материала разбирает процесс установления Советской власти на Вятке. Далее, по плану – его книга, посвящённая Вятской губернии в 1920–1921 гг. И снова на богатом фактическом материале.
Активно В.И. Бакулин работал и над другими темами. Так в 2015 г. вышло его пособие, посвящённое исторической психологии российского общества XIX–начала ХХ вв.
На рубеже 2000–2010-х гг. В.И. Бакулин  возглавил целую научную школу, занимающуюся вопросами социально-экономического и политического развития России в первой половине ХХ в. К середине 2010-х гг. его перу принадлежало более 150 научных работ, включая 10 монографий и учебных пособий. В.И. Бакулин подготовил около 20 кандидатов наук. Он имеет медаль в честь 20-летия победы советского народа в Великой Отечественной войне.
В своих лекциях, статьях, выступлениях он отстаивал взгляд на объективный характер Великой Русской революции 1917 г. По его мнению,  в начале XX в. требовался революционный поворот во внутренней политике. Россия шла по пути периферийного полуколониального капитализма.  Страна всё больше оказывалась в зависимости от иностранного капитала. Власти не могли идти на коренные преобразования.
Мировая война обострила накопившиеся в обществе противоречия, и привела к революционному взрыву. Пришедшие к власти либералы не смогли распутать сложившиеся противоречия. Страна ещё глубже начала вползать в трясину. По мнению В.И. Бакулина, альтернатива Октябрю была – радикальные преобразования Временного правительства. Но оно отказалось идти на реформы, и своей политикой ещё больше заводило страну в хаос.
Большевики в этой ситуации совершили невозможное, вытащив страну из пропасти, не допустив и её расчленения Западом. Успех Ленина и большевиков состоял в том, что он действовал исходя из потребностей, интересов народа. Октябрьская революция, по мнению учёного, это фактически ответ традиционной России на вызов Запада.
Завершая рассказ о В.И. Бакулине, можно выделить ещё несколько его черт. Как человека, его характеризуют простота в общении, порядочность, принципиальность, неприятие лжи, двуличия и подобных вещей. Даже когда я ещё был аспирантом и заходил к нему по делам, он угощал чаем. Однажды, где-то накануне защиты, когда я готовил к публикации текст диссертации, он попросил меня, чтобы я ему позвонил вечером. Я забыл это сделать и заработался в общежитии. Вдруг стук в дверь. Стоит Бакулин со словами: «Ну если гора не идет к Магомету…». Спросив, почему я не позвонил ему, он предложил поехать к нему и там поработать. По пути мы зашли в магазин, он купил что-то к ужину, и мы еще поели, обсуждая диссертацию. И потом я не раз убеждался в радушии  и гостеприимстве моего бывшего научного руководителя.
Являясь убеждённым марксистом, Бакулин советовал учитывать все точки зрения, подходы по каким-то проблемам. В противном случае, по его мнению, исследователь рискует превратиться в объект манипуляции, пересказчика чьих – то взглядов. Поэтому он и давал нам – аспирантам,большой список литературы, включающий авторов с разными подходами.
Не разделяя позиции какого-либо ученого,  В.И. Бакулин советовал мне в аспирантские годы уважительно относится к мнению исследователя, ведь тот работал с документами и знает по той или иной позиции больше меня.  Но он терпеть не мог некоторых исследователей, если уличал их во лжи, циничном передёргивании фактов.
Яркий пример, отношение В.И. Бакулина, к одному из «официальных» историков 1990-х гг. – Д. Волкогонову –  автору биографий Сталина (эта книга наделала много шума в период перестройки), Ленина, Троцкого… Но нужно сказать, что отношение к данному историку было скептическим и у учёных-представителей различных взглядов. Таким же было отношение В.И. Бакулина, как и многих профессионалов, к «творчеству» В. Суворова (он же Резун) автору нашумевшего в начале 1990-х гг. «Ледокола».
Можно при этом отметить увлечённость Владимира Ивановича, а также его желание помочь исследователю. К нему всегда можно обратиться за помощью и быть уверенным, что он не откажет. У меня бывали случаи, когда я обращался к В.И.Бакулину по какому-нибудь вопросу. Если В.И. Бакулин не мог сразу дать ответ, то все равно через какое-то время находил нужную информацию или источник, и тут же сообщал об этом. Как всё это напоминало детство, время, когда мы – мальчишки, увлечённо зачитывались книгами по истории, когда мой лучший друг детства, зная, что я собираю картотеку на полководцев античности, приносил мне свои выписки из книг, что читал…
Вспоминается и такой случай. Шёл последний год моей аспирантуры. На кафедре отечественной истории мне не нашлось места, и я договорился с чепецким филиалом ВятГПУ о трудоустройстве. В.И. Бакулин, преподававший там, рекомендовал меня им. И вот, в октябре 2000 г. должны были состояться мои первые лекции по истории России. Узнав, что я собираюсь читать лекции в Чепецке, Владимир Иванович сразу же, без просьбы о помощи, дал несколько своих выписок, которые очень мне пригодились.
Накануне защиты  моей кандидатской диссертации, В.И. Бакулин, возвращаясь из Москвы,  привёз оттуда и профессора МПГУ Э.М. Щагина отзыв на мою диссертацию. Это один из авторитетных российских ученых, автор учебника по истории России ХХ в. Я тогда буквально чуть не прыгал до потолка от радости: у меня было перед этим всего два отзыва из Кирова. А здесь… Аж из Москвы!
В.И. Бакулин очень любит читать. Это видно и по его богатой библиотеке. В молодости Владимир Иванович прочёл почти все основные произведения классической литературы. Увлекается поэзией и знает  многие стихи наизусть. Правда есть и нелюбимые писатели. Кстати, он и сам какое-то время писал стихи.
Можно ещё добавить, что В.И. Бакулин очень любит работать на земле. Летом подолгу уезжает в сад. Сам Владимир Иванович говорит, что это голос крови – его предки были крестьянами. Может работать и по дому (недаром еще и из семьи рабочих, да и сам бывший рабочий).
Занимается он спортом. В молодости боксом, затем ещё другими видами. Каждое утро делает зарядку и пробежку. В 1990-х гг. когда я подрабатывал сторожем в Вятской гуманитарной гимназии, то видел его в любую погоду, делающим разминку (он жил неподалёку от ВГГ в конце 1990-х – в 2000-е гг.). Занятия споротом помогают ему и в 70 лет выглядеть моложе лет на 10. Но наверное не только это, но и энергия, удивительная бодрость духа.
Конечно, можно во многом спорить и не соглашаться с Владимиром Ивановичем Бакулиным. Но спорить с позиции чётко  выверенных фактов, с позиции науки.
В 2018 г. по ряду причин В.И. Бакулин ушёл из объединённого вуза. Наступает новый этап в его жизни. Это и отдых, и чтение, и, безусловно, занятие на земле, которое он очень любит.