Как я встречал Новый год в СССР. — Вятские

31 декабря 1982 г. Увы, почему-то этот Новый год не запомнил. Хотя помнил перед этим парад 7 ноября, стоявшего на Мавзолее Брежнева за три дня до своей смерти (как тут не вспомнить вальяжно развалившегося другого президента, молодого, здорового крепкого мужчину). А потом похороны Брежнева, которые я смотрел вместе с ещё детсадовским другом у него в квартире.
Но в конце ноября 1982 г. мы переехали. Тогда мы еще жили с отцом, и переехали все вместе с улицы Горького что в центре города чуть не на окраину в 7-й микрорайон, в домик, окружённый лесом. Из окна я видел как дорогу перебегали белочки. Они, видимо, взбирались по горке из нашего маленького лесочка, а потом огибали дом и бежали к большому лесу, что стоял по другую сторону улицы Сосновой, и где велась «вечная стройка». Увы, но так я первый Новый год и не запомнил. Видимо основная масса времени ушла на обустройство квартиры. Правда, к моей радости в доме оказался один из моих товарищей по детским играм на улице Строительной. Вот было радости у нас обоих!!! Не исключено, что вместе с ним мы и могли встретить Новый год, но это уже не вспомнится.

31 декабря 1983 г. Самый первый Новый Год который я помнил. Вечером я рисовал «картины» о падении Константинополя в 1453 г.  Грустно было, когда рисовал картины гибели этой империи, и перед этим было грустно, когда читал параграф учебника за 6-й класс, особенно слова: «Византийская империя перестала существовать». Помню, что при этих словах тогда больно сжалось сердце.
А ведь уже подтягивались к властным эшелонам «герои» гибели страны, в которой я жил.
…В тот новогодний вечер играл с друзьями, мы бегали по подъезду. Встретил этот Новый Год с родителями. Помню только, что год оставлял приятные впечатления: чтение книг, поездки на лыжах. Да ещё и каникулы, как не радоваться было всему.
Ну а сам год…Тоже выдался хороший. Появились новые друзья. Лето я проводил на улице Строительной которую условно можно было бы назвать  деревней.

31 декабря 1984 г. Мы только приехали из Дома отдыха под Москвой. Ездили с матерью. Я был  под впечатлением Москвы: длинные очереди в ГУМЕ, изобилие хлеба в магазинах, вкусный кофе с пирожными в какой-то столовой, да и конечно поездки на экскурсию на Бородинское поле, рассказы о Бородинской битве, отдых в Подмосковье…
Приехав, я пошёл с матерью в гости без отца. У них уже примерно с год, если не больше, шли конфликты, и они, оказывается, формально развелись ещё летом. Встреча Нового Года мне не очень понравилась.
Хотя впереди, как уже потом выяснилось, предстояли ещё два-три безмятежных года. Я жил в прекрасном мире книг, надежд на то, что скоро во всём мире не будет богатых и бедных, и будет справедливость. Я засматривался буквально накануне фильмом «Красные колокола» о Джоне Риде. Вновь катание на лыжах зимой, слушание по радо прекрасной музыки, я жил словно в каком-то замечательном мире. Чтение по вечерам книг по истории и учебников, разглядывание исторических карт и чувство радости, что мы живём в едином замечательном государстве.
Год был прекрасным. Как не вспомнить лето с замечательной книгой: «Пеппи длинный чулок», рассказами друга о прочитанном романе «Три мушкетёра». Лето с такими фильмами как «Государственная граница», «Четыре танкиста и собака», «Человек невидимка», «Вечный Зов» (правда до конца его не посмотрел) и многими другими…
А зимой: санки – замечательные «поезда»  через весь лесок, игры в царя горы. И звучащая музыка из группы «Земляне»…
Были правда странные моменты – почему-то часто умирали генеральные секретари ЦК КПСС.
…Единственное, что было неприятно, это выяснение отношений  в семье, тяжело было всё это видеть, с другой стороны я считал, что это так и должно быть: у всех родители ругались (как мне казалось, и кое-что я видел), у кого-то разводились. Но сердце сжималось, видя многие неурядицы, когда  они ругались. А бывало и так: мать на работе, отец у своей матери. В такой ситуации немного выручала соседская Лена, забиравшая меня к ним на ночлег.
Была и другая ситуация, возможная только, видимо, в СССР – соседи приходили и помогали разогревать еду. Взаимопомощь и взаимовыручка помнилась в СССР. Об атмосфере доверия в доме можно привести такой факт: уходя мы порой оставляли ключи под ковриками.
И ещё один момент: всё чаще я стал задумываться о смерти. Мне было грустно от мысли о том, что рано или поздно я умру. Сначала отец ставил меня в угол, тогда я прекращал эти разговоры с родителями. Но хорошо помню, как в конце 1984 г. я заговорил об этом с друзьями.


31 декабря 1985 г. Встречал Новый Год один на новой квартире, в которой мы жили с мамой уже 2 месяца. Мать ушла в гости, наготовив много пельменей, купив конфет. Примерно до 23-24 часов я почитал, а потом лег спать. Было скучно, но что я мог поделать. Мои старые друзья где-то веселились, а в новом доме пока друзей не было (позднее мой лучший – Коля, друг говорил: взял бы да и зашёл ко мне, пригласил в гости, но ведь я его тогда и не знал, только здоровались раз или два и жили в соседних квартирах). И я вновь читал книги, вспоминал прошлый год: много посмотрел фильмов по революции.
С другой стороны под конец года перечитывал книгу Н. А. Куна: «Легенды и мифы Древней Греции». Эта книга помогла немного моему бурному воображению: мне стало казаться, что описанные в ней боги жили когда-то, а может и сейчас живут. Потихоньку я начинал верить. Но именно в тех богов, а не в Того, о Котором я прочёл в массе атеистической литературы. Он мне казался каким-то скучным, недостойным богов Древней Греции. Не случайно я перед Новым Годом высмеял свою одноклассницу. Она сказала, что Бог есть: мне показалось, что она говорит о том «скучном» Боге христиан и я почему-то стал издеваться над ней, высмеивать её. До сих по помню, как она закрыла лицо руками и плакала, а я смеялся. В окно увидел, как кто-то шёл к школе, и сказал ей: «Вот твой Бог идёт тебя защищать»…
Интересно, что стало с этой девочкой сейчас. Может она и пришла потом в храм, а может и нет. Но увидеть бы и вспомнить тук историю…Но я  даже не помню, с кем это было, ведь это произошло в группе продлённого дня, где были ребята из разных классов…
Наверное подталкивало к вере в таких вот, казалось чудесных, греческих богов, и ещё одно обстоятельство. Несмотря на то, что в той стране было много прекрасного, но всё-таки и тогда в детстве я почему-то ощущал скуку. Это было совсем не то, что сейчас, когда устаёшь от моря грязи, пошлости и мерзости (хотя ведь и сейчас много прекрасного, нужно только это всё видеть). Тогда было просто ощущение какой-то скуки, а греческие мифы открывали окно в иной мир, чудесный и замечательный…

31 декабря 1986 г. Встречал Новый Год в больнице, где мне исправляли лопоухость. Около 24 ч. пациенты собрались в столовой и веселились вместе с медсестрами, а я читал книгу про индейцев: «Харка – сын вождя», а потом лег спать. Я даже не захотел посмотреть комедию «Иван Васильевич меняет профессию», которую потом так никогда полностью и не смотрел, только отрывки.
Пациентов было интересно послушать и в тот день и потом. Много они говорили про «перестройку».
Вообще год, по сравнению с предыдущим, становился всё более непонятным. И это непонятное вызывало порой настороженность. Я даже сказал кому-то из друзей: не нравится мне эта перестройка, на что он парировал: а ты разве за бюрократов? Возникли какие-то длинные очереди у винных магазинов.
Непонятное стало происходить и со мной: стал сдавать в учёбе, кроме истории: много появилось троек, чего раньше не было. Порой себя стал вести очень и очень странно. Даже чересчур. Позднее мне уже говорили, что это могла чуть «сдвинуться крыша» после развода родителей, Обнаружили заболевание почек…
Но пока я больше опять жил в истории и индейцах. Летом играл в индейцев и читал про них книги. Главными были конечно же Сат-Ок и Лизелотта Вельскопф Генрих. Особенно огорчался, что друзья в этих книгах постепенно расходились, уходили из жизни друг друга. Очень переживал по этому поводу…
Кроме того, много читал по истории Древней Греции и Рима.
Осенью мы играли с лучшим другом в «Варварские королевства» и я читал грустный рассказ о Боэции, римском философе, жившем на грани эпох. Рухнул Рим, он уже в прошлом.
Кто бы мог подумать, что у власти уже были люди, готовившиеся к убийству. Один из мелькавших на трибуне, 15 лет спустя покажет своё звериное лицо, цинично написав предисловие к «Чёрной книге коммунизма», а пока он – ярый марксист и партийный идеолог, чуть ли не второе лицо в государстве, «архитектор перестройки»…Шакалы и серые волки в человеческом обличье, оборотни точили свои когти, расчехляли орудия убийства, пока мы безмятежно играли, читали книги, бегали в школу…

31 декабря 1987 г. Год прошёл тяжело, противоречиво. Что-то начало происходить со страной. Всё больше частушек про «лихую тройку»: Мишу, Раю, Перестройку. Начинала рушиться устоявшаяся картина мира, когда мне говорили, что Сталин людей убивал, заговорили про «армию генерала Власова». Возникала масса вопросов.
А в придачу ещё конфликты с друзьями, какое-то нехорошее жаркое лето. Кроме того,мне пытались исправить лопоухость.  Уши резали, резали всё без толку. Они не сдавались. А ещё в начале этого года сдало зрение и мне дали очки. В придачу врачи заинтересовались моими почками. Они оказались больными и меня начали класть на их обследование. Позднее мне объяснили, что возможно это и от нервов: нервный стресс, иммунитет ослаб, в результате простуда и почки заболели. От чего нервный стресс, мне было понятно…
Но под конец года вроде бы всё начиналось нормализоваться. Вновь чтение массы книг, в том числе и Н. Машкина «История Древнего Рима». Также в декабре 1987 г. меня «нелегально» записали в Центральную городскую библиотеку Кирово-Чепецка, куда можно было попасть только взрослым. Но у мамы одного из моих старых друзей была там знакомая, и мама попросила записать не только его, но еще и меня, зная какой я книголюб.
В общем, перед НГ набрал кучу книг по античности. Это ли не праздник!!! Ведь античность!!! То что нравилось чуть не с раннего детства.
Новый год встречал дома с родственниками.  Было очень весело – смотрели художественный фильм «Полосатый рейс» — я хохотал до боли в желудке от этого фильма, так он мне понравился. Хотел пойти погулять с друзьями, но мать не отпустила. Тогда я стал читать учебник по истории Древнего мира под редакцией Бокщанина, объедаясь конфетами и фруктами.

31 декабря 1988 г. Год был противоречивым. С одной стороны новые увлечения: Древней Русью и многими другими интересными вещами. Чтение книг по истории Рима, Руси  и не только.
Познакомился с удивительным человеком – учителем истории, Анатолием Акимовичем Буковым и его женой, заходя к ним в гости…Также у нас организовался в школе исторический кружок.
Но, вместе с тем, дальнейший разлад в душе: известия о конфликте в Нагорном Карабахе, что повергло в изумление – у нас же дружба народов? Всё чаще стали писать о репрессиях. Казалось, что всё начинало потихоньку бурлить…
Несколько раз лежал в больнице с почками (и дома и в Кирове), но в Чепецке меня отпускали на дневной стационар. По пути из больницы заходил в библиотеку и там подолгу просиживал перед книжными полками.
В сам Новый год я сначала сидел дома, а потом один из друзей пригласил меня отмечать праздник у него, и я ушел к ним (он был с мамой). Слушали «Аббу», которая тогда была популярна, ещё какую-то музыку. Конечно много говорилио книгах т.к. Игорь и его мама были очень начитанными (они мне и помогли год назад записаться в центральную городскую библиотеку). Домой вернулся около 2 ч. ночи и лег спать.


31 декабря 1989 г. С одной стороны тогда казалось, что год – один из самых любимых в детстве. Но сейчас…Да, много читал, общался с друзьями. Вместе с тем в стране происходили какие-то перемены. И не тольо в стране. Падение коммунистических режиов в Европе. Обьединение Германии. Незадолго до Нового года в Румынии был свергнут режим Николае Чаушеску, как тогда казалось — в результате народного восстания.
В тот момент я считал, что происходящее в стране — нормально, так и должно быть: будут произведены необходимые реформы (раз перед этим был «застой», о котором тогда трубили все, и накопилось много проблем) и станет лучше.
В ноябре с увлечением смотрел художественный фильм об Октябрьской революции, который запал в душу, но даже не запомнил названия. Вместе с тем  больше стал читать по футболу и хоккею.
На Новый год уехали к нашим знакомым в Коминтерн. Там очень хорошо повеселились – была шумная, многочисленная компания. Помню как я с воодушевлением слушал гимн СССР, и радовался тому, что происходит в мире. Я посидел вместе со всеми за столом, а потом читал книги «Все о футболе» и воспоминания чешского вратаря Иво Виктора «Мой номер первый». Делал выписки из «Энциклопедии Футбола» о знаменитых футболистах. Тогда у меня был «бзик»: я составлял картотеки на великих хоккеистов и футболистов.


31 декабря 1990 г. Теперь понимаю, что год страшный во всём. С одной стороны всё больше конфликтов и непониманий в классе. Усиливающееся чувство одиночества, изгойство. Не понравилось и лето, какое-то хмурое, негативное…Одно из самых тяжёлых в моральном плане в жизни.
В школе – одиночество. На уроки ходил, но многое не понимал. Двойки на контрольных по физике, а потом четвёрки на пересдаче…Но главное, это углубляющаяся изоляция в классе. Перешёл в другой класс из своего, так как наш класс сделали физико-математическим. Я стал учиться в гуманитарном.
А самое главное, чего я тогда не понимал: страна корчилась в предсмертных судорогах, усердно добиваемая теми, кто в идеале должен был ею руководить. Корчилась на последнем издыхании. Люди не понимали этого, они словно очумелые рушили собственное государство, возглавляемые авантюристом и проходимцем, человеком, ненавидевшем свою страну и людей. И кто бы спас, кто бы помог? Но в головах у части людей были только мысли о колбасе и шмотках. 50 сортов колбасы, японский «видак», джинсы «Монтана». Вот предел мечтаний, вот смысл жизни. К чёрту книги, фильмы, классическую музыку, воспитание детей спортом.  Еда и тряпки: вот были их боги, вот предел их желаний и вожделений и не более того…Ослеплённые этим они не видели, как шакалы и серые волки вгрызаются  в тело страны, сладострастно терзая её…
Страна погибала, а я этого не понимал. И не прислушивался к доводам тех, кто с беспокойством следил за происходящим.
Из хороших моментов, чтение книг. Начал читать того же Д. Балашова, его цикл романов по истории Северо-Восточной Руси  конца XIII- начала XIV вв.  Передо мной открылся целый мир, на который я раньше не обращал внимания. И это было закономерно. В  учебниках по истории, Средневековой Руси, как правило, уделяли внимание Киевскому периоду, а началу становления Московской Руси  почти внимание не уделялось. Да и в научной литературе тоже. Не даром ведь, ещё в царское время Ключевский характеризовал московских князей, как серых неприметных личностей. Видимо эта характеристика надолго вошла в сознание историков и исторических писателей. Образ Московской Руси явно проигрывал по сравнению с ярким образом Киевского государства.
Мне о Москве сначала читать не хотелось. К чести Д. М. Балашова, он одним из первых начал пересмотр данного стереотипа…Даниил Московский, Михаил Тверской, Симеон Гордый, Иван Калита, Великий князь Литовско-Русский Ольгерд, ханы Золотой Орды Узбек и Джанибек, князья, бояре, рядовые воины и крестьяне словно сходили со страниц романов, будоражили воображение, заставляли задуматься…
Читая его роман «Младший сын», посвящённый Даниилу Московскому, я не мог предполагать, что вскоре, как и главные герои этого романа, окажусь примерно в такой же ситуации: за плечами великая страна и славный период истории, а впереди неизвестность…Осталось совсем немного, но мы тогда этого не подозревали. И размышления героев романа казались какими-то неактуальными…
Перед Новым годом читал массу книг, особенно в санатории. Даже открыл Шекспира, его трагедию «Антоний и Клеопатра».
Вернулись из санатория незадолго до Нового Года. И я отсыпался, так как дорога меня вымотала (ездили мы под Ижевск). Днем читал В. Иванова «Повести древних лет» — буквально наслаждался этой книгой. Потом ко мне зашел мой лучший друг и мы вместе отметили праздник. Очень хорошо поговорили о жизни, истории, как и всегда до этого. И не знали, что фактически нам так оставалось общаться чуть меньше двух лет. Поиграли в слова. Мы просидели до трех часов, беседуя на разные темы. Спорили опять о политике: он пытался мне объяснить, что банда проходимцев уничтожает страну, а я считал, что всего лишь идёт реформирование общества, и вообще лучше коммунистов отстранить от власти. Я тогда и не знал, что это был последний год Советской цивилизации.

31 декабря 1991 г. За плечами оставался рухнувший Советский Союз. Но разве я это понимал? Наступала страшная эпоха, точнее она уже где-то и шла: межнациональные конфликты на постсоветском пространстве, кровь, убийства массы людей, разбитые счастье и исковерканный судьбы, разрушенные семьи…А к нам приближались экономические реформы, которые ввергнут миллионы россиян в нищету. Это была ПЛАТА ЗА ПРЕДАТЕЛЬСТВО. Хотели колбасу, шмотки. ПОЛУЧИЛИ…
Разве я об этом думал? Нет я смотрел на мир оптимистично, мало чего замечал и понимал. Трое проходимцев и авантюристов, иначе их не назовёшь, недавно подписали Беловежское соглашение. Но мне казалось, что Союз только реформируется.
И опять книги, книги, к книги. Но не только чтение, а также и работа над книгой о Древнем Риме, обсуждение её с лучшим другом (и его книг). В общем творчество. Видимо погружённый в него, я не совсем адекватно и воспринимал, что происходит в стране.
Шла также подготовка к поступлению в вуз. Часто посещал Буковых, консультировался у них по истории. Также много спрашивал у своего классного руководителя – Галины Александровны. Несмотря на мой оголтелый антикоммунизм, непонимание её слёз после августа 1991 г., она старалась мне помогать по истории.
Всё думал, куда поступать. Хотел даже в МГУ, но  решил в пединститут (подумал, что сил не хватит).
31-го декабря мы с мамой ходили к нашим знакомым. В 23 ч. я пошел домой, где почитал о Столыпине, посмотрел телевизор. В  час ночи я лёг спать. Начиналась новая жизнь. Наступали «лихие 1990-е…». Совершенно новые и необычные годы. Но уже другие. И годы, ознаменовавшиеся потерями…

УРОК ВСЕМ НАМ:
ОТМЕЧАЯ НОВЫЙ ГОД, НЕЛЬЗЯ БЫТЬ УВЕРЕННЫМ, ЧТО И СЛЕДУЮЩИЙ НОВЫЙ ГОД ТЫ ВСТРЕТИШЬ В ЭТОЙ ЖЕ СТРАНЕ, и с ЭТИМИ ЖЕ ЛЮДЬМИ.
ЕЩЁ ОДИН УРОК: ИСТОРИЯ УЧИТ, ЧТО ДАЖЕ ДАЛЁКИЕ СОБЫТИЯ: ВЗЯТИЕ РИМА ГОТАМИ, «ВАРВАРСКИЕ КОРОЛЕВСТВА», БОЭЦИЙ, ГИБЕЛЬ ВИЗАНТИИ,  КРАХ КИЕВСКОЙ РУСИ…МОГУТ ШАГНУТЬ СО СТРАНИЧЕК В НАШУ РЕАЛЬНОСТЬ И ОКАЗАТЬСЯ ТУТ.
И ПОСЛЕДНИЙ УРОК: ТО ЧТО МЫ ЧИТАЕМ, ПУСТЬ ДАЖЕ ИЗ ХУДОЖЕСТВЕННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ, МОЖЕТ ТАКЖЕ ПОВТОРИТЬСЯ В НАШЕЙ ЖИЗНИ.
УЧИТЕ ИСТОРИЮ, ИНАЧЕ ОНА ВАС САМА БУДЕТ НЕПРЕСТАННО УЧИТЬ…



Если вам понравилась данная статья,
поделитесь ей, пожалуйста, с друзьями!

Перейти к верхней панели